Поиск книг
 
 
 
 
 

Фомбель Тимоте де

В юности Тимоте де Фомбель (р. 1973) увлекся театром, в восемнадцать лет он уже написал и поставил пьесу «Маяк», позже работал преподавателем литературы. А теперь пишет книги для детей и подростков. Русские читатели могут прочесть его фэнтезийную дилогию «Тоби Лолнесс», а также первый том захватывающего и романтичного романа «Ванго».
Беседовала Алёна Бондарева

– Вы часто говорите о больших чувствах, крепкой дружбе. Считаете себя романтиком?

– Если честно, вы первая, кто заметил. Но я рад тому, что у кого-то возникло такое ощущение. Ведь, работая над книгой, я стремлюсь вывести на первый план связи, объединяющие людей. И я абсолютно уверен: главный мотор нашего мира – любовь. Соответственно, в истории о жизни основной движущей силой тоже должна быть любовь или дружба. Именно эти чувства помогают персонажам преодолевать препятствия и трудности, придуманные автором. Но хочу обратить ваше внимание: для меня любовь отнюдь не что-то розовенькое и радостное. Любовь – это жизнь, слитая воедино со смертью. Так что, если хотите, я трагический романтик (смеется).

– Судя по эпиграфам к Вашим книгам: Рильке, Рембо, Лорка,. Вы любите поэзию. А кто еще кроме перечисленных авторов Вас вдохновляет?

– Вы правы, я люблю многих поэтов, но особенно восхищаюсь французской поэзией конца XIX века. Тут я не оригинален: Рембо, Бодлер и Верлен для меня самые главные судьи. Однако эпиграфом ко второму тому «Ванго», который еще не выходил в России, будет цитата из «Трех сестер» Чехова.

– А отсылка к Флоберу в начале первого тома «Ванго» намеренная?

– Да. Мне нравится насыщать свои книги разными литературными аллюзиями. Мне важна многоплановость повествования. Например, в первом томе «Тоби Лолнесса» маленький мальчик смотрит на звезды и засыпает, и вскоре мы понимаем, что он ранен. Для меня это однозначная отсылка к стихотворению Артюра Рембо «Спящий». В нем описывается человек, лежащий на берегу ручья. Он спокоен и смотрит вверх, но, приглядевшись, мы замечаем две красные точки на правой стороне его груди. Поэтическая пауза в приключенческой книге с быстроразвивающимся действием – нормальное явление. Она дает возможность передохнуть, замедлиться и оглядеться.

– А откуда взялся образ дерева как отдельного космоса?

– Думаю, тут сыграла роль моя любовь к деревьям. Эти великаны всегда казались мне целыми мирами. Мальчиком я обожал строить домики и тайные убежища в кронах. Когда же я сел за письменный стол, то задался вопросом, как должна выглядеть вселенная, в которую я помещу своего маленького героя? Может быть, стол, кухня? А потом я решил: зачем выдумывать, пусть это будет дерево. Ведь у каждого из нас в голове есть свой образ, ставший моделью нашей Вселенной. В то же время мне было интересно представить геополитическую структуру этого мира. У моего дерева верхняя часть –аналог Северного полушария, а низ – Южного. И обитатели задают себе такие же вопросы, как и мы: есть ли жизнь за пределами нашей кроны и куда девается та веточка, которую мы покидаем, забираясь на самый удаленный листочек?

– Вас привлекала в детстве биология? В книге много описаний насекомых, трудно сказать, насколько они правдивы…

– О, они настоящие! Ведь когда твой герой крохотный, то нет необходимости придумывать монстров, потому что все вокруг и так внушает ужас.

– Как относитесь к тому, что книги про Тоби называют экологическим фэнтези?

– Мне кажется, эту книгу можно читать как обычный приключенческий роман. Пока я работал над ней, у меня и в мыслях не было делать из текста экологическую сказку. Наоборот, хотелось убежать от обыденности повседневности, бесконечных пробок, окружающей нас реальности в вымышленные миры. Но парадокс: что бы ты ни планировал писать вначале, в итоге начинаешь говорить о себе и своих проблемах.

– То есть загрязнение окружающей среды Вас волнует?

– Я считаю экологические проблемы, как и проблемы демократии, очень серьезными. Хронологически история Тоби Лолнесса сопоставима с 1930 годами ХХ столетия. Но, возможно, я немного преувеличил экологическую составляющую книги вопреки замыслу.

– А приключение – обязательная составляющая литературы для детей?

– Я допускаю, что книги для детей могут быть поэтическими или философскими. Но я боюсь остаться единственным в своем приключении, мне необходимо, чтобы за мной шел читатель. Возможно, этот страх связан с тем, что я пришел из мира театра, где много раз видел, как по ходу спектакля люди группами выходят из зала.

– А чем еще можно привлечь ребенка?

– Помните, как начинается «Тоби Лолнесс»? «Для своего возраста Тоби был невысоким – всего полтора миллиметра». Эта фраза говорит читателю о том, что я переношу его в другой мир и предлагаю немножко посмеяться. Вообще, молодому читателю, в отличие от опытного, нужно сразу что-то пообещать и самое главное – это обещание выполнить. Потому что дети терпеть не могут, когда взрослые не держат слова. Однако я не воспринимаю свое сочинительство как субкультурное, наоборот, детские книги для меня квинтэссенция литературы.

– А Элиза существует на самом деле? Ведь ей и ее маме посвящена вторая книга «Тоби».

– Когда я заканчивал работу над вторым томом Тоби, моя жена ждала ребенка. И вот я поставил точку, пришел к ней и сказал, все – можно рожать. В эту же ночь ее отвезли в больницу, и у нас появилась девочка, которую должны были назвать Жанной, но в итоге назвали Жан-Элишан (по-французски имя героини звучит как Элишан). То есть посвящение имеет абсолютно реальную основу. А еще художник Франсуа Плас, иллюстрировавший «Тоби», мою жену никогда не видел, он рисовал героев на свой вкус. Но когда они встретились, выяснилось: она будто сошла с его картинок. Поэтому я всегда говорю, что тексты странным образом влияют на нас. А писатель – как завод по вторичной переработке – все, что он накопил, использует в работе.

– Не могли бы Вы назвать книги, которые повлияли на Вас в детстве и которые не мешало бы прочесть современному ребенку?

– Недавно мой французский издатель «Галлимар» предложил мне сделать предисловие к очередному изданию «Маленького принца». Его просьба меня смутила, ведь в детстве эта книга оказала на меня колоссальное влияние. И я написал о том, как в шесть лет отец читал мне ее по ночам. А утром, когда я вставал и видел книжку на столике, мне казалось, что это сказочное животное, живущее своей жизнью. Потом, лет в 13, меня поразили книги Александра Дюма «Три мушкетера», «Граф Монте-Кристо». Также мне всегда нравились сказки: братьев Гримм, Шарля Перро, Ганса Христиана Андерсена. Как раз сейчас я пишу историю, которая крутится вокруг сказочного мира. Еще очень люблю альбомы для малышей, например «Три разбойника» Томи Ангере. Но вообще я любопытный человек и слежу за новинками. Так, с огромным уважением и интересом отношусь к Жану-Клоду Мурлева.

 

 
Ванго. Том 2. Принц без
де Фомбель Тимоте
300 грн.
Тоби Лолнесс. Книга 2.
де Фомбель Тимоте
198 грн.
Ванго. Книга 1. Между
де Фомбель Тимоте
205 грн.

Бестселлеры