Поиск книг
 
 
 
 
 

Фомбель Тимоте де

В юности Тимоте де Фомбель (р. 1973) увлекся театром, в восемнадцать лет он уже написал и поставил пьесу «Маяк», позже работал преподавателем литературы. А теперь пишет книги для детей и подростков. Русские читатели могут прочесть его фэнтезийную дилогию «Тоби Лолнесс», а также первый том захватывающего и романтичного романа «Ванго».
Беседовала Алёна Бондарева

– Вы часто говорите о больших чувствах, крепкой дружбе. Считаете себя романтиком?

– Если честно, вы первая, кто заметил. Но я рад тому, что у кого-то возникло такое ощущение. Ведь, работая над книгой, я стремлюсь вывести на первый план связи, объединяющие людей. И я абсолютно уверен: главный мотор нашего мира – любовь. Соответственно, в истории о жизни основной движущей силой тоже должна быть любовь или дружба. Именно эти чувства помогают персонажам преодолевать препятствия и трудности, придуманные автором. Но хочу обратить ваше внимание: для меня любовь отнюдь не что-то розовенькое и радостное. Любовь – это жизнь, слитая воедино со смертью. Так что, если хотите, я трагический романтик (смеется).

– Судя по эпиграфам к Вашим книгам: Рильке, Рембо, Лорка,. Вы любите поэзию. А кто еще кроме перечисленных авторов Вас вдохновляет?

– Вы правы, я люблю многих поэтов, но особенно восхищаюсь французской поэзией конца XIX века. Тут я не оригинален: Рембо, Бодлер и Верлен для меня самые главные судьи. Однако эпиграфом ко второму тому «Ванго», который еще не выходил в России, будет цитата из «Трех сестер» Чехова.

– А отсылка к Флоберу в начале первого тома «Ванго» намеренная?

– Да. Мне нравится насыщать свои книги разными литературными аллюзиями. Мне важна многоплановость повествования. Например, в первом томе «Тоби Лолнесса» маленький мальчик смотрит на звезды и засыпает, и вскоре мы понимаем, что он ранен. Для меня это однозначная отсылка к стихотворению Артюра Рембо «Спящий». В нем описывается человек, лежащий на берегу ручья. Он спокоен и смотрит вверх, но, приглядевшись, мы замечаем две красные точки на правой стороне его груди. Поэтическая пауза в приключенческой книге с быстроразвивающимся действием – нормальное явление. Она дает возможность передохнуть, замедлиться и оглядеться.

– А откуда взялся образ дерева как отдельного космоса?

– Думаю, тут сыграла роль моя любовь к деревьям. Эти великаны всегда казались мне целыми мирами. Мальчиком я обожал строить домики и тайные убежища в кронах. Когда же я сел за письменный стол, то задался вопросом, как должна выглядеть вселенная, в которую я помещу своего маленького героя? Может быть, стол, кухня? А потом я решил: зачем выдумывать, пусть это будет дерево. Ведь у каждого из нас в голове есть свой образ, ставший моделью нашей Вселенной. В то же время мне было интересно представить геополитическую структуру этого мира. У моего дерева верхняя часть –аналог Северного полушария, а низ – Южного. И обитатели задают себе такие же вопросы, как и мы: есть ли жизнь за пределами нашей кроны и куда девается та веточка, которую мы покидаем, забираясь на самый удаленный листочек?

– Вас привлекала в детстве биология? В книге много описаний насекомых, трудно сказать, насколько они правдивы…

– О, они настоящие! Ведь когда твой герой крохотный, то нет необходимости придумывать монстров, потому что все вокруг и так внушает ужас.

– Как относитесь к тому, что книги про Тоби называют экологическим фэнтези?

– Мне кажется, эту книгу можно читать как обычный приключенческий роман. Пока я работал над ней, у меня и в мыслях не было делать из текста экологическую сказку. Наоборот, хотелось убежать от обыденности повседневности, бесконечных пробок, окружающей нас реальности в вымышленные миры. Но парадокс: что бы ты ни планировал писать вначале, в итоге начинаешь говорить о себе и своих проблемах.

– То есть загрязнение окружающей среды Вас волнует?

– Я считаю экологические проблемы, как и проблемы демократии, очень серьезными. Хронологически история Тоби Лолнесса сопоставима с 1930 годами ХХ столетия. Но, возможно, я немного преувеличил экологическую составляющую книги вопреки замыслу.

– А приключение – обязательная составляющая литературы для детей?

– Я допускаю, что книги для детей могут быть поэтическими или философскими. Но я боюсь остаться единственным в своем приключении, мне необходимо, чтобы за мной шел читатель. Возможно, этот страх связан с тем, что я пришел из мира театра, где много раз видел, как по ходу спектакля люди группами выходят из зала.

– А чем еще можно привлечь ребенка?

– Помните, как начинается «Тоби Лолнесс»? «Для своего возраста Тоби был невысоким – всего полтора миллиметра». Эта фраза говорит читателю о том, что я переношу его в другой мир и предлагаю немножко посмеяться. Вообще, молодому читателю, в отличие от опытного, нужно сразу что-то пообещать и самое главное – это обещание выполнить. Потому что дети терпеть не могут, когда взрослые не держат слова. Однако я не воспринимаю свое сочинительство как субкультурное, наоборот, детские книги для меня квинтэссенция литературы.

– А Элиза существует на самом деле? Ведь ей и ее маме посвящена вторая книга «Тоби».

– Когда я заканчивал работу над вторым томом Тоби, моя жена ждала ребенка. И вот я поставил точку, пришел к ней и сказал, все – можно рожать. В эту же ночь ее отвезли в больницу, и у нас появилась девочка, которую должны были назвать Жанной, но в итоге назвали Жан-Элишан (по-французски имя героини звучит как Элишан). То есть посвящение имеет абсолютно реальную основу. А еще художник Франсуа Плас, иллюстрировавший «Тоби», мою жену никогда не видел, он рисовал героев на свой вкус. Но когда они встретились, выяснилось: она будто сошла с его картинок. Поэтому я всегда говорю, что тексты странным образом влияют на нас. А писатель – как завод по вторичной переработке – все, что он накопил, использует в работе.

– Не могли бы Вы назвать книги, которые повлияли на Вас в детстве и которые не мешало бы прочесть современному ребенку?

– Недавно мой французский издатель «Галлимар» предложил мне сделать предисловие к очередному изданию «Маленького принца». Его просьба меня смутила, ведь в детстве эта книга оказала на меня колоссальное влияние. И я написал о том, как в шесть лет отец читал мне ее по ночам. А утром, когда я вставал и видел книжку на столике, мне казалось, что это сказочное животное, живущее своей жизнью. Потом, лет в 13, меня поразили книги Александра Дюма «Три мушкетера», «Граф Монте-Кристо». Также мне всегда нравились сказки: братьев Гримм, Шарля Перро, Ганса Христиана Андерсена. Как раз сейчас я пишу историю, которая крутится вокруг сказочного мира. Еще очень люблю альбомы для малышей, например «Три разбойника» Томи Ангере. Но вообще я любопытный человек и слежу за новинками. Так, с огромным уважением и интересом отношусь к Жану-Клоду Мурлева.

 

 
Тоби Лолнесс. Книга 2.
де Фомбель Тимоте
198 грн.

Бестселлеры